Глава 13. Они были до нас

Вторая миссия оказалась массовой, условия – иными. Испытуемые участвовали как единая большая команда. Три лучших участника, внесших наибольший вклад, получали сто очков, остальные – по тридцать.

Всех призвали рядом с деревушкой. Многие лениво оглядывались, ожидая лёгкой прогулки. Из-за скопления людей Дима не понимал, что нужно делать. Но, как оказалось, это было и не нужно.

Феникс всё разъяснил:

– Ваша задача – опросить жителей деревни. С остальным займусь я. Очки вы свои получите, но не смейте мне мешать.

Его правила заставили Диму задуматься: «Он несомненный лидер по очкам. Маловероятно, что кто-то сможет его обойти… Может, он скрывает что-то ещё?»

Договорив, Феникс отошёл от призванной группы. Он направился не в сторону деревни, а куда-то в другую сторону. На месте, где недавно стоял Феникс, появился Глеб.

– Вы слышали его! Организуемся в группы, каждая опрашивает жителей и докладывает мне! – начал руководить он.

«А без тебя мы бы не справились…» – прошептал Дима.

Сотрудничать с Глебом он не хотел, но и идти наперекор Фениксу тоже не желал. Дима попытался найти Луми, но её уже не было среди толпы.

«Один так один…» – подумал он и отправился собирать информацию.

Деревня казалась полуразрушенной, а жители – истощёнными. Но, в отличие от Междумирья, этот мир выглядел реальным, и Диме стало любопытно. Он бродил по полупустым улочкам, привыкая к неприятному запаху.

Дима подошёл к юноше, который больше походил на ребёнка. Его вид был ужасен: он нёс ведро с грязной водой, волоча его по земле. Дима без слов подошёл и взял ведро.

– Спасибо, – поблагодарил юноша.

Удивительно, но его губы произнесли что-то другое, однако Дима полностью понял слова. «Возможно, какая-то магия перевода?» – на секунду задумался он.

Юноша привёл Диму домой, где их ждали двое: мать мальчика и его сестра. Мать лежала, а сестра, чуть старше брата, возилась с кухонной утварью.

Дима забыл о миссии – ему было любопытно. Занеся воду, он спросил:

– Что тут случилось?

Мать мальчика посмотрела на него измученным взглядом, потом на сына, словно ища подтверждения благонадёжности незнакомца. Затем указала на стул рядом с кроватью.

– Вас много? – спросила она.

«Кого – нас?» – задумался Дима.

– Испытуемых? Около ста, – ответил он неуверенно.

– Да, вас… Вы не первые, – голос женщины был хриплым и уставшим. – Он был до вас.

Мальчик поднёс ей воду. Она выпила и продолжила:

– Герои, спасители… Безумцы.

«Безумный тактик – так он меня назвал. Может быть, они говорят об одном и том же?» – слова Феникса всплыли в голове Димы.

– Но я не безумен…

– Они тоже были. Поначалу, – она успокоилась и отдышалась. – Он сидит там, в шахтах. Я слышала, он хотел заточить себя, изолировать, пока мог. Но теперь его сила убивает нас. А разум, вероятно, потерян, как и у всех них. Он был самым сильным, добрым… Был.

Диме было тяжело оставаться здесь – он видел, как тяжело давался разговор этой женщине.

– Спасибо, – поблагодарил он её за историю и вышел на улицу.

«Ответ на миссию найден, но только ли это ответ на миссию? Плохое предчувствие…» – размышлял Дима.

Некоторое время он бродил по улицам деревушки, пока золотые кольца не окружили его и не перенесли на центральную площадь.

Мужчина в белом кратко объявил тех, кто получил по сто очков – среди них были Феникс и Глеб. Остальные получили по тридцать очков. Монет выдали столько же, сколько и очков.

Феникс жаждал получить ответы. В своих видениях будущего он отчётливо видел эту миссию и слышал разговоры жителей деревушки. Безумные герои – вот что по-настоящему его интересовало.

Он стоял в одиночестве у заваленной шахты и, не теряя ни секунды, приступил к расчистке завалов. Его умения были простыми, но разрушительными. Оказавшись внутри, Феникс направился к тому, кто мог рассказать хоть что-то о проклятье.

Проходы в шахте оказались поразительно широкими – настолько просторными, что Феникс невольно задумался о том, кто и для каких целей создал это подземное пространство. Конечная точка маршрута впечатляла не меньше: огромное помещение, способное вместить целую армию.

По мере продвижения вглубь подземелья Феникс неоднократно сталкивался с грозными стражами – гигантскими пауками, ревностно охранявшими свои кладки с личинками, – однако с лёгкостью одерживал над ними победу.

«Больше похоже на подземелье из какой-то игры», – отметил Феникс.

У стены, почти незаметно, сидело существо. Его силуэт напоминал человеческий, но больше походил на облик монстра.

– Что ты знаешь о проклятье? – без промедления спросил Феникс. – Ты тоже был призванным героем?

Но ответа не последовало.

Герой прошлого поднялся. В его руках не было оружия. Сначала он двигался медленно, но с каждой секундой его шаг ускорялся, пока не превратился в стремительный рывок.

Феникс пытался сдерживаться и продолжал задавать вопросы. Но ответов не было.

«Бездушный монстр», – осознал правду Феникс и перешёл к серьёзной схватке.

Стены шахты оказались не слишком надёжными. Камни начали осыпаться, и Феникс понял, что медлить нельзя. Он использовал все свои силы.

Монстр пал. Тёмная энергия, окружавшая его тело, рассеялась, обнажив истощённое тело пожилого человека.

Феникс осмотрел тело, но не нашёл ничего полезного. Услышав шум падающих камней, он поспешил наружу, не подозревая, что там, где сидел герой, остался его дневник с записями.

Окончив миссию, Дима отправился за монетами, чтобы подготовиться к решающему испытанию. Все свои сбережения он потратил на два зелья исцеления и усиление в виде воина-копейщика. Завершив покупки, он заметил Луми – она кого-то или что-то искала. Дима помахал ей рукой, и она быстрым шагом направилась к нему.

– А я тебя искала! – воскликнула она.

– Зачем? Что случилось? – поинтересовался Дима.

– Пойдём, – загадочно ответила Луми.

Она отвела его к одному из столиков на краю площади и продолжила:

– На прошлой миссии я следила за Фениксом. Он ведёт себя очень странно!

Дима внимательно слушал.

– Он в одиночку проник в пещеру, расчистил завалы, нашёл там человекообразного монстра и, похоже, одолел его. Когда они начали сражаться, я поспешила покинуть шахты – боялась, что всё рухнет, – в её глазах пылало любопытство. – И знаешь, он что-то бормотал… о проклятье, об его источнике.

– Он определённо знает больше нас. Вопрос в том, откуда? – задумчиво произнёс Дима.

– Ммм… – промычала Луми.

– Пока сам не расскажет – не узнаем… – Дима задумчиво посмотрел вдаль.

– Кстати… Я поговорил с одной женщиной из деревушки. Она рассказала кое-что, что совпадает с твоими наблюдениями… и немного настораживает, – он решил поделиться своими находками с Луми. – По её словам, тот монстр в шахтах когда-то был таким же, как мы, но сошёл с ума… И вспомни слова Феникса!

– «Кровавая красавица» и «Безумный тактик»? – повторила она вслух.

– Да… Знаешь… Я начинаю опасаться, что после завтрашнего испытания всё будет совсем не так радужно, как нам кажется.

Поговорив ещё немного, они разошлись.

Перед сном Дима обдумывал всё услышанное.

«Если предположить, что мы действительно были в мире Атами, то выходит, туда уже призывались такие же, как мы. К тому же в Междумирье я замечал следы предшественников. Значит, предыдущие группы не только не спасли тот мир, но, возможно, начали ему вредить», – размышлял он.

«А ведь Феникс упоминал проклятье…» – продолжал рассуждать Дима.

Он был уверен в здравости своего рассудка, но сомнения не покидали его.

«Если Феникс каким-то образом знал будущее и утверждал, что я сойду с ума… Что, если это действительно следствие проклятья? Может ли дальнейшее продвижение подвергнуть моё здравомыслие риску?» – пришёл он к тревожному выводу.

Дима твёрдо решил быть предельно осторожным и избегать всего, что могло бы поставить под угрозу его рассудок.

На следующее утро Дима, как обычно, отправился на тренировочные площадки. Его следующим противником должен был стать либо Борис, либо Глеб – оба крайне серьёзные соперники. Он понимал, что расслабляться рано.

Наконец объявили пары для следующего испытания: Аксель против Короля.

Пока Дима шёл к порталам, его захлестнула волна ярких воспоминаний, которые было невозможно отогнать. Вспомнились постоянные упрёки Глеба каждый раз, когда Дима совершал ошибку, и ледяное молчание, когда действия Димы приносили команде победу. То, как Глеб без объяснений вычеркнул его из команды. А позже – его надменные ухмылки здесь, в Междумирье, где, как предполагалось, прошлое должно было остаться позади.

Внутри Димы разгорался настоящий шторм эмоций. Но это была не обида – предвкушение, нетерпение, готовность. Эти воспоминания лишь укрепили его решимость. Для него это был не просто бой, а дело чести, и он был готов встретить его лицом к лицу.